По его словам, система сдержек и противовесов не ломается, ни одна из ветвей власти формально не возвышается над другой
Насколько обоснованы предлагаемые изменения Конституционной реформы и какие риски они несут, рассказал доцент кафедры «Государственно-правовые дисциплины», кандидат юридических наук Еркинбек Нуртазин, - передает Almaty.tv со ссылкой на Kazinform.
Переход к однопалатному Парламенту, перераспределение полномочий между ветвями власти, расширение прав и свобод граждан и формирование новых институтов представительной демократии — ключевые вопросы Конституционной реформы продолжают активно обсуждаться в экспертной среде.
— Насколько обоснованным вы считаете переход к однопалатному Парламенту?
— Переход к однопалатному Парламенту является вполне обоснованным решением как с точки зрения теории, так и практики конституционализма. Унитарное устройство государства, как правило, предполагает наличие однопалатного Парламента.
Для решения проблем действующей системы будущий Парламент должен стать профессиональным органом — с участием юристов-практиков, ученых, политологов, экономистов, представителей интеллектуальной элиты страны, избираемых или назначаемых на основе принципов меритократии. Представляется, что оптимальным мог бы быть состав в 107 депутатов.
Такой Парламент должен выполнять не только законодательные, но и представительные функции, участвовать в формировании внутренней политики государства и стать центром сосредоточения идей, ценностей и принципов представительной демократии.
— Как, на ваш взгляд, изменится баланс властей в новой системе?
— Баланс властей между Президентом, Курултаем, Правительством и вице-президентом в целом сохраняется. Принципиально система сдержек и противовесов не ломается, ни одна из ветвей власти формально не возвышается над другой.
В то же время усиливается роль законодательной власти, расширяются механизмы парламентского контроля и повышается ответственность государственных органов. Полномочия Президента, Курултая, Правительства, Конституционного и Верховного судов распределены достаточно сбалансированно.
При этом следует понимать, что ведущее и приоритетное положение по-прежнему будет занимать исполнительная власть. В современных обществах именно функция управления сложными общественными процессами становится ключевой, поэтому тенденция усиления исполнительной власти в обозримой перспективе сохранится.
— Насколько реально, что расширение прав и свобод человека будет обеспечено на практике?
— Определить это заранее крайне сложно, а иногда практически невозможно, поскольку речь идет о комплексной проблеме. Одной из важнейших мер должна стать глубокая и коренная реформа судебных и правоохранительных органов, о необходимости которой Глава государства говорил в Посланиях 2019 и 2020 годов.
Кроме того, необходимы научно разработанные и проверенные практикой критерии оценки эффективности деятельности этих органов, включая показатели доверия граждан. Не менее важной остается проблема повышения уровня правового сознания и правовой культуры населения.
— Как пропорциональная избирательная система может повлиять на политическую жизнь страны?
— Пропорциональная система, безусловно, способна усилить партийную конкуренцию и политический плюрализм. Она должна стать своеобразным импульсом для активизации деятельности политических партий и повышения их роли в общественно-политических процессах.
— Как вы оцениваете идею создания Халық Кеңесі?
— Формирование нового института как консультативного органа с правом законодательной инициативы выглядит вполне логичным.
Однако его реальное влияние и политико-правовой вес будут зависеть прежде всего от состава, качества вносимых законопроектов и способности выполнять ключевую функцию — обеспечение межнационального и межконфессионального согласия, предотвращение дискриминации и поддержание общественной стабильности, желательно с упреждающим характером.
— Почему, на ваш взгляд, было решено перейти к полностью новой редакции Конституции?
— Решение о переходе к однопалатному Парламенту, по сути, запустило цепную реакцию пересмотра всех норм, связанных с деятельностью будущего Парламента. Это нормальная практика.
Включение дополнительных положений, в том числе правозащитных механизмов, связано с курсом Главы государства на построение «справедливого, слышащего и эффективного государства». Насколько оправдан переход к новой редакции Конституции, покажет только время.
Следует учитывать, что новая Конституция автоматически потребует принятия новых законов и внесения изменений в действующее законодательство, при этом практическая деятельность государственных органов может остаться на прежнем уровне.
— Насколько обеспечена прозрачность обсуждения проекта Конституции?
— В определенной степени прозрачность уже обеспечена через телевидение, средства массовой информации и социальные сети. Однако глубина и качество общественного обсуждения во многом зависят от разъяснительной работы и доступности информации для широких слоев населения.
— Что, по вашему мнению, может усилить легитимность новой Конституции?
— Легитимность Конституции может быть обеспечена прежде всего реальным приданием ее нормам прямого действия. Существенно усилить доверие к Основному закону могло бы подробное разъяснение его ключевых положений и целей простым и доступным языком.
Такую работу могли бы официально провести Комиссия по Конституционной реформе, Конституционный суд или сам Президент через все имеющиеся официальные каналы. Предстоящий референдум в любом случае будет легальным, а в качестве дополнительного механизма обеспечения легальности можно рассматривать и электронное голосование.
Читайте также: Проект новой Конституции закрепляет баланс между международными обязательствами и суверенитетом — эксперт